- Да, пора наконец решать. Так дальше продолжаться не может. И ни в коем случае нельзя затягивать...

- Постараюсь сделать всё, что в моих силах.

...Как - так, почему - потому... Они уходят, уходят снова, как всегда... Я один, один... Зачем ты? Неужели нельзя было по-другому? Нельзя... Снова один... один... один... Человек...

- Кто это был сегодня утром?

- Инспектор из Метрополии, проверяет состояние дел.

- Ну и как ему?

- Не он первый, не он последний. Толку от них.

- Но этот, вроде, серьезный мужик. И настроен серьезно.

- Посмотрим, насколько серьезно... Хотя не верю я им. И тем, кому они свои доклады строчат, тоже не верю. Сидят у себя там, штаны протирают. Их бы на наше место: пол по утрам в камерах мыть, с дурилками возиться... Ну их всех. Пойдем лучше - выпьем.

- А есть что?

- Есть. Занял у сестрички. Медицинского.

- Шеф бы не нагрянул.

- Чушь, после десяти он и носа не кажет. Тоже не дурак.

...Темно, уже темно, темно... В темноте не видно белых углов... совсем темно. Это называется ночь. Это я помню, это я знаю... Это ночь. Ночью всегда так: темно и темно. В лесу ночью тоже темно, но не так, не так... там есть огонь, есть костер, там есть танец... в танце рождается туман... туман... чтобы стать клочьями, рассыпаться в клочья, осесть на траву, стать теплом... Там так, а здесь по-другому, здесь холоднее, здесь чириканье, всё время чириканье... Я устал, понимаю слова, потому что устал... Я сам человек, мне не хочется танца, мне хочется понимать, я их понимаю, понимаю...

- Разливай.

...Льется вода. Льется совсем близко. Сидят совсем близко, льют воду. Мои углы ближе всех к ним, к ним ближе... Мне слышно, как они льют, как они пьют... снова чирикают. Я почти понимаю их сквозь ночь...

- ...Вот, Коля, скажи мне: я хороший мужик?