— Вы что, не могли сделать более четкую фотографию? — недовольно спросил один из армейских чинов. Капитан презрел субординацию:

— А вы попробуйте слетать туда сами! Ведь фотографировали с высоты — ни много, ни мало, 10 тысяч метров: ниже спускаться опасно.

Полковник Лэтчер прокашлялся:

— Двое моих офицеров считают, что зона имеет форму полусферы.

— Возможно, — согласился капитан, — или ромба, а может, двенадцатиугольника…

— Я думаю, — мягко оборвал его полковник, — они наблюдали птиц, влетавших в зону и отмечали, когда те попадают под влияние. Они утверждают, что контуры зоны не поднимаются вертикально, то есть это не цилиндр. Стороны сходятся кверху, и дополнительные наблюдения дают основания полагать, что зона — это все-таки сфероид.

— Что ж, это первая реальная помощь, которую мы получили, — признал капитан. Если ваши офицеры правы и это сфера, то ее верхняя точка должна быть где-то в районе пяти миль над центром. Есть ли возможность установить это достоверно, не подвергая опасности жизни людей?

— Это не так просто, — ответил полковник Лэтчер, один самолет мы уже потеряли. Разве что использовать вертолет с канарейкой на шесте — но только нашесте длиной в пару сотен футов.

— Мысль неплохая, — заметил капитан. — Во всяком случае, на земле этот метод себя оправдал.

— Да, надо бы взять на заметку того парнишку, который до этого додумался. Жаль, что сегодня уже поздно заниматься этим на практике, оставим эту идею на утро. Не помешает также сделать снимки с меньшей высоты, может, всплывут какие-то детали.

Молчание, повисшее вслед за словами Лэтчера, прервал майор разведки.

— А я думаю о бомбах, — сказал Он задумчиво, — разрывных, к примеру, или осколочных.

— Бомбы? — переспросил капитан, подняв брови.

— Почему нет? Думаю, пора призвать ублюдков, которым там, внутри, к порядку. Никогда ведь не знаешь, что на уме у этих Иванов. Закрыть зону наглухо, чтобы комар не пролетел, и — бомбы.