Здесь нет полезных ископаемых; никто не считал Мидвич подходящим местом для аэродрома, полигона или военного училища; вот только Ферму заняло какое-то правительственное учреждение, но и это мало отразилось на деревенской жизни. Мидвич живет - вернее жил, - спокойной, сонной жизнью уже тысячу лет; и если бы кто-то, обладающий даром предвидения, предсказал его жителям грядущие странные события в ночь на 27 сентября и их тревожные последствия, его бы просто подняли бы на смех. "События? В Мидвиче? - сказали бы ему. - Не выдумывайте! У нас в Мидвиче никогда ничего не происходит. Хотите народ пугать своими бредовыми идеями - езжайте в Оппли или Стоуч, там все, что угодно может случиться. Но не здесь. Мы в Мидвиче, народ простой, всегда тут жили, и жить будем." Но таких провидцев не нашлось. Никто даже в самой малой степени не ощущал, что над Мидвичем занесен меч. Казалось, все говорило за то, что поселок проживет такой же тихой, размеренной жизнью и следующее тысячелетие.

Было бы неверно, однако, утверждать, что в Мидвиче вообще не происходило никаких исторических событий. В 1931 году он оказался в центре эпизоотии ящура. А еще раньше в 1916 году, сбившийся с курса цеппелин сбросил бомбу, которая упала на вспаханное поле и, к счастью, не взорвалась. А до этого Черный Нед, разбойник с большой дороги, был застрелен на ступеньках гостиницы "Коса и Камень" некоей Полли Паркер. И хотя это событие имело скорее личное, чем общественное, значение, оно, тем не менее, было прославлено в балладах 1768 года.

К таким событиям можно отнести и неожиданное закрытие близлежащего монастыря Святого Акция, из которого разбежались монахи; сплетни о причинах их побега ходят в Мидвиче до сих пор, хотя это случилось еще в 1493 году.

Кроме того, в церкви устраивали конюшню для лошадей Кромвеля, а развалины монастыря посетил Уильям Уордсворт*, написав впоследствии по этому поводу один из своих сонетов.

Вот и все. Казалось, история, проходила мимо Мидвича, никак на нем не отражаясь.