Родители нарекли мужичка Титомиром, однако, так его давно никто не величал, уж больно трусоват был мужичок и нерешителен. Тит — все, что осталось от его громкого имени. Тит никогда бы не рискнул сунуться один в лес летом. Не дай Род, лешак с пути собьёт, русалки защекочут, или чугайстыри затопчут. Но зимой вся нечисть по берлогам, да чащобам дрыхнет. Только Зима, да сынок ейный Мраз хозяйничают. А они за срубленные деревья не очень-то серчают, не то, что лешаки треклятые. Хладным богам что лес, что поле — всё едино. Да и как не поехать — жена со свету сживет, и так-то достаёт — мочи нету! А ведь не везёт — таки: начавшийся с утра небольшой снежок к вечеру перерос в снежный буран.
— Дернуло же меня поехать в этот проклятущий лес, — жаловался своему коню мужик, — эвон как метет. Ты уж Саврасушка не подведи! — дрожащим голосом умолял он коня.
Конь довольно фыркнул, словно говорил: не боись, хозяин, положись на меня — не подведу. Но тут Савраска резко остановился, попятился и захрапел.
— Тп-р-ру, стой, — закричал Тит, натягивая вожжи. — Что там такое?
Он пытался разглядеть, что напугало животное, но ничего не увидел. Проклиная, на чём свет стоит свою жалкую судьбу, мужичок слез с саней и осторожно, мелкими шажками, прячась за лошадиный круп, стал продвигаться вперёд. Поперек дороги лежал человек. Снег потихоньку прятал его тело в большой сугроб. Опешивший поначалу Тит, кинулся разгребать его в надежде, что человек еще жив. Руки враз окоченели: сперепугу не догадался надеть рукавицы — оставил в санях. Раскопав сугроб, Тит перевернул лежащего лицом вниз человека на спину. И тут, несмотря на жестокий мороз, его пробил холодный пот.
— Тю, баба! Да еще и с пузом на носу! Какого лешего она тут делала? — наклоняясь к лицу женщины и едва улавливая её слабое дыхание, пробормотал он. — Слава Богам — живая!
Приглядевшись, он узнал Матруньку, одинокую, но очень таки ещё аппетитную бабенку, живущую на окраине городища. Муж ее сгинул прошлой зимой, наверное, не без помощи Хлада: замерз по пьяни на собственном крыльце, выйдя справить малую нужду. А теперь и она — в лесу, да еще и беременная, хотя он встречал ее несколько дней назад — никакого живота у нее не было и в помине.