Пятнадцатью минутами позже, Джимми открыл нехитрый замок квартиры Кэлли и попал внутрь. Бедно, думал он, заметив трещины в потолке и надорванный линолеум в маленьком коридоре. Но уютно. Кэлли всегда была чистоплотна. Елка стояла в углу гостиной, а под ней несколько небольших упаковок с яркими обертками.

Джимми вошел в спальню, где разыскал встроенный шкаф с одеждой, которая, как он считал, должна там быть. Переодевшись, он обошел всю квартиру в поисках денег, но ничего не нашел. Не поленился порыться в плите, холодильнике и раковине, желая выпить пива, но отыскал только Пепси и приготовил себе сэндвич.

По его расчетам Кэлли уже должна была придти домой из больницы. Он знал, что по пути она забирает Гиги от бэбиситтера. Джимми присел на кушетку, глаза прикованы к входной двери, нервы натянуты до предела. Он потратил на еду большую часть тех денег, что нашел в карманах надзирателя. Ему позарез нужны были наличные на оплату таможенных постов на дорогах и еще на бак горючего. Давай, Кэлли, думал он, где тебя черти носят?

Без десяти шесть он услышал звук открываемой ключом двери. Он вскочил и в три длинных прыжка оказался у входа, застыв возле стены. Дождался, когда Кэлли войдет и закроет за собою дверь, и тут же прикрыл ей рот рукой.

«Не кричи»! прошептал он, удерживая ладонью готовый вырваться у нее крик.

«Поняла»?

Она кивнула, ее глаза выражали страх.

«Где Гиги? Почему не с тобой»?

Он ослабил хватку для того, чтобы дать ей ответить почти, что неузнаваемым голосом, «Гиги с бэбиситтером. Та держит ее дольше обычного, чтобы я смогла сделать покупки. Джимми, что ты тут делаешь»?