- Кто?

- Да дядя Зяма же! Ну, он берет эту путевку, рвет ее на мелкие клочки и говорит - я разгадал ваш дьявольский план. И в морду ему, в морду!

- Кому?

- Да директору же. И - домой! Заперся, сидит.

Из кустов выходит еж Кутузов за вечерним блюдечком молока. Он шевелит красивым мокрым носом, похожим на гриб-масленок.

Малый оживляется. В глазах его вспыхивает неподдельный интерес.

- Ой, - говорит он, - ежик!

- Ну, - рассеянно говорит Бэлка, - поиграй с ежиком.

Ребенок какое-то время разглядывает ежа, заложив руки за спину и склонив голову.

- А как играть? - спрашивает он задумчиво.

- Ох, Господи! Как хочешь!

Малый сладострастно вздыхает, смотрит на ежа с явным сожалением и отворачивается.

- Как хочу - жалко, - наконец говорит он.

Кутузов надвигает на лоб колючий капюшон и уходит в кусты. Небо окончательно темнеет, верхушки тополей сливаются с ним, на клеенке четкий круг от лампы.

- ...не брать "мальчиков".

- Ну, - говорит Ленка.

- И вдруг - звонок! Мама идет к двери, спрашивает - кто? Говорят санитары. И правда - санитары. Здоровые такие мужики, в белом, с носилками. Это у вас, говорят, больной Теленгатор? Мама говорит - да. А дядя сидит, трясется. Нет-нет, говорит, не пойду. За кресло цепляется. Ну, они ему шприц в руку - раз! Прямо через рукав! Он охнул, глаза закатил...

- Ну!

- Они его - на носилки, и понесли. И потащили! И вот, когда они уже выходили, я поглядела на одного из санитаров, он как раз спиной стоял, потому что выгружал дядю Зяму с носилками, и знаешь, что у него из под халата высунулось?

- Ну?

- Длинный розовый хвост, - веско произнесла Бэлка.