Тиберий покраснел и заерзал в кресле.

– А вы, курсант Халява, разве вы не женщина? Зачем вы одели мужскую форму и говорите о себе в мужском роде? Мы, слепые, тонко чувствуем такие вещи.

* * *

Вдали появился Меркурий. Издалека он был похож на Луну, только ярче. Бот вышел на орбиту, нацелился на Равнину Будды и начал снижение. Адмирал давал последние наставления.

Тиберий и Халява глядели в свои иллюминаторы, а Хо внимательно прислушивался – ему казалось, что звучит песня. И чем ниже опускался бот, тем явственнее слышались звуки духового оркестра и сочный бас, вторящий старинной маршевой мелодии. Звук шел с Равнины Будды. И в самом деле, площадка космодрома пестрела развивающимися флагами, а гигантские колонки транслировали музыку.

Само собой, развевающиеся флаги были голографическими, а колонки вакуумными – они транслировали гравитационную вибрацию на тысячи километров вокруг, поэтому звук возникал внутри корпуса самого бота. И от этого казался совершенно оглушительным. Но, не смотря на это, почему-то становилось легко на сердце от песни веселой:

Я Человек – покоритель природы! Я Человек – покоритель судьбы! Пускай проходят недели и годы – Как прежде роботы будут мне рабы! Халява подскочила.

– Вы тоже слышите? – воскликнула она.

– Что? – вздрогнул Тиберий. – Ой, и я слышу!

– Поет? – поинтересовался с экрана адмирал. – Он всегда поет.

Пускай у роботов мысли быстрее! Пускай бушует в транзисторах ток! Но для Вселенной как прежде милее Один лишь теплый и мыслящий белок!

– Какое издевательство! – возмутился Тиберий.

– Роботы не умеют издеваться, – возразил адмирал. – Просто он воображает себя настоящим человеком, этот мерзавец Звездный Властелин. А нас считает роботами и рабами.