Он пошел в дом и вынес оттуда авоську и статуэтку из глины. Вылепил ее в прошлом году один начинающий скульптор, снимавший у него комнату. Вещица была высотой сантиметров тридцать и изображала самого Непарного с ног до головы. В вытянутой руке ученый держал крохотную четвероногую куру. На маленьком постаменте скульптор выцарапал булавкой:

НЕПАРНОМУ Н. Д. КУРФЮРСТУ КУРЛЯНДИИ КУРИРУЮЩЕМУ КУР ЗА РУКОВОДСТВО КУРОВОДСТВОМ ВОЗДВИГНУТ СЕЙ МОНУМЕНТ.

Николай Дормидонтович уложил статуэтку в авоську, и мы уже двинулись со двора, как вдруг увидели кота Навуходоносора, который схватил крупного цыпленка.

– Вот кого мы должны отнести инопланетникам, – сказал Непарный. – Котов у них, вероятно, нет, и это грациозное животное должно их порадовать. Навуходоносор ежедневно крадет у меня по цыпленку, но я терпеливо нес этот крест, ибо кот принадлежал покойной сестре и перешел ко мне по наследству. Но теперь, ради укрепления межпланетных контактов, я подарю его пришельцам. Там он, может быть, осознает, что он единственный представитель Земли, и перевоспитается.

Мы подождали, пока кот доест цыпленка, и потом, взяв в сарае кошелку, посадили в нее Навуходоносора. Он не сопротивлялся, так как отяжелел от сытости.

Когда мы взошли на невысокую Нюшину горку, то увидали внизу, там, где начинается болото, две емкости, лежащие на земле. Они напоминали формой те цистерны, что стоят на грузовиках, перевозящих молоко. Только размерами были больше – длиной с пассажирский вагон и высотой с двухэтажный дом. Одна цистерна имела голубоватый, другая – розоватый цвет, но обе были сильно оплавлены. У самого подножия горки, на сухой поляне, окруженной молодым сосняком, стояли непонятные машины и агрегаты. Около них двигались какие-то живые существа.

Чем ближе мы подвигались к лагерю пришельцев, тем больше я убеждался, что они похожи на людей.