– Угу, – промычал я, не открывая рта.

– Если выплюнешь сыворотку, тебе ни за что не освободиться из моих объятий.

Ранда крепко обхватила меня похолодевшими конечностями.

Вы когда-нибудь обнимались со смертельно опасной змеей? А с полным ртом огненной жидкости, которую нельзя ни выплюнуть, ни проглотить?

Эта кошмарная ночь была самой длинной в моей жизни. Тело буквально содрогалось от тесного соприкосновения почти с трупом, а гортань пылала жаром. Усталый мозг подбрасывал мне видения всевозможных змееподобных монстров. Приползали и многорукие анаконды, и очкастые кобры с рыбьими хвостами, и гадюки на четырех ногах. Самым ужасным оказался двухголовый питон. Еще бы! Ведь одна башка этой твари была моей, а вторая – ЕЕ. От таких картинок у кого угодно пропадет желание, и не только спать. Я до боли в скулах стиснул зубы, уткнувшись в пышные волосы волшебницы.

Рассказать кому – засмеют: провел ночь в объятиях знойной красавицы, едва не закоченев. Не объяснишь ведь, что исполнял лишь роль одеяла, разорви меня пополам. Правда, болтать о сегодняшней ночи я и не собирался. До утра бы дожить.

«Кстати, а кто мне сообщит, что где-то там взошло солнце?!» Ранда постаралась так закопать нас в одежде, что вряд ли луч света сумеет пробиться сквозь толщу плащей.

Беспокоился я по этому поводу совершенно напрасно. Когда припекло спину, стало понятно – пора вставать.

«Ура! Наконец-то! – с ликованием возвестил внутренний голос. А потом он же с некоторой издевкой добавил. – Интересно, а как ты собираешься ее напоить?»

Проблема оказалась более чем серьезной. Сначала я долго промучился, пока повернул ее голову. Находясь в тисках рук полуокоченевшей волшебницы, пришлось использовать собственный подбородок. Полдела сделано. А дальше? Рот она держала закрытым, а холодные губы почти не поддавались. Воронку бы догадалась вставить! Я опасался пролить хоть каплю сыворотки мимо цели, а потому борьба моих губ с ее длилась минут десять. И все же усилия не пропали даром.