Еще один вопль, на этот раз уже ближе, сопровождался безошибочным «зив-в» энергетического пистолета, гортанным ревом и топотом ног, слишком тяжелых, чтобы принадлежать людям. Что-то ударилось в заднюю стену отеля «Сплендор» с такой силой, что все сооружение затряслось.

Бандар принялся дергать свои путы, но тип в леггинсах, очевидно, хорошо знал свое дело. Бандар снова глянул на Хаффли и услышал обрывки колыбельной. Теперь снизу доносились непрерывный лязг и грохот, и Бандар, пытаясь разгадать, в чем дело, рассудил, что Базуан созвал всех, кто смог добраться до отеля, и велел загородить мебелью двери и окна. Но молодому человеку этот ход показался неудачным. Бололо все до одного были здоровяками, подогретыми к тому же яростью фанатиков. Столы и стулья для них не препятствие!

Оставался один путь к спасению, и Бандар им воспользовался. Закрыв глаза, он выполнил ментальные упражнения, которые должны были перенести его, как именовалось на институтском жаргоне, «вниз, в подвал». Вынудив себя действовать быстрее, он тут же очутился в кладовой дяди, поспешно ее пересек, распахнул аномальную темную дверь (едва заметив, что тень Дидрика Гэбриса щерилась еще ехиднее обычного), прежде чем сбежать по лестнице к дороге между стенами.

Ах, до чего же ему не хватало наставника! Он чувствовал, как где-то поблизости тянет ветерком, но никак не мог определить место, в котором следовало покинуть безопасную дорогу и воспроизвести все зигзаги, необходимые для безопасного путешествия по ноосфере бололо. Он мог только полагаться на память.

К счастью, каждый студент Института довольно скоро овладевал способностью вспоминать и воскрешать в мозгу мельчайшие детали, поэтому Бандар призвал на помощь всю силу мнемоники, какой обладал, выбрал местечко на низкой серой стене, которое, как ему показалось, ответило на призыв, и перелез через ограду.