И Ангелу не удалось проигнорировать существование архетипа бо-лоло, который промчался сквозь ряды легионеров, рассеивая их, словно игрушечных солдатиков, и с размаху врезал кулаком в бородатую ангельскую челюсть. Строгое лицо вдруг исказилось нескрываемым испугом, но только на миг. Ведь ровно столько потребовалось другому кулаку Бандара/бололо, чтобы нанести Ангелу короткий жестокий апперкот. Архетип пошатнулся. Темные крылья затрепетали, черный меч упал на землю, и Бандар, не растерявшись, обеими руками толкнул противника в грудь. Ангел медленно попятился на подкашивающихся ногах.

Они уже добрались до ограды. Бандар заметил, что по эту сторону она имела вид природной скалы. Поэтому он вернулся к исходной задаче и снова толкнул Ангела. Неподдельное изумление на лице, имевшем черты Малабара, померкло, и его место заняла злобная решимость, поэтому Бандар еще раз толкнул Ангела, вложив в удар всю мощь бололо. Ангел спиной вперед влетел в брешь, такую узкую, что прижатые к бокам крылья затрещали. Он едва успел вытянуть вперед руки и вцепиться пальцами в скалу. На окаменевшем лице запечатлелись ярость и твердое упорство. Ангел выпрямил ноги, вонзил в землю стальные каблуки. На плечах вздулись переплетенные канаты мускулов: очевидно, он приготовился вырваться из бреши и наброситься на Бандара/бололо.

Из груди бололо вырвался оглушительный рев.

- Н-не-е-ет!

Проворно, со скоростью, изумительной для такого великана, он присел и, перенеся тяжесть на отведенные назад руки и широкий хвост, резко ударил сцепленными ногами в грудь Ангела. Вторгшийся на чужую территорию архетип вылетел в брешь, будто пробка из бутылки шампанского, которую сильно тряхнули, перед тем как сорвать проволочку.