С другой стороны, его никогда не направляли ни в одно из таких мест. А текущая работа Чурча держалась под таким секретом, что адмирал Стивенс даже не представлял, чем он занимается. И это, несомненно, являлось одной из причин, объясняющих, почему он послал именно старину Креспи, знающего свое дело, выяснить, какие тайны пытается скрыть Чурч. Креспи один из немногих, кто может разобраться в ученых заморочках и, как хороший маленький солдатик, представить толковый отчет, не пытаясь навести тень на плетень и.

за научными фразами скрыть собственную некомпетентность...

Он быстренько во всем разберется!

Креспи миновал поворот в коридоре и вошел в капитанскую рубку. Дверь за ним мягко встала на прежнее место.

Здесь было тепло и пахло свежесваренным кофе. Хеллер и Шаннон сидели у компьютера перед иллюминатором. Блейк стоял за ними, положив руки на спинку стула Шаннона. Они тихо разговаривали, поглядывая на станцию за бортом.

— Привет всем, — поздоровался Креспи, направляясь к пилотам.

— Здравствуйте, сэр, — ответил лейтенант Блейк. Трое мужчин, заметив начальство, приветственно встали.

Креспи махнул рукой, чтобы садились, подошел к иллюминатору и несколько секунд изучал «Безымянную». Стандартная крупная военно-исследовательская станция, серия «700». Ему доводилось бывать на полудюжине подобных этой. Такая станция, как правило, имеет несколько лабораторий и с легкостью может вместить двести человек. Хотя, в соответствии с документацией, в данный момент на «Безымянной» находилось меньше ста. Станция неясно вырисовывалась перед ними, как темный маяк; тусклый свет, идущий от посадочных модулей, едва освещал стыковочные узлы.

— Так вот, значит, какая она, — тихо сказал он, — та, что не может быть названа.