Едва Метлоу вырулил на примыкающую к базару улочку, как его джип оказался в плотном окружении юных оборванцев, тянущих худые, грязные руки за подаянием.

– Прочь, свинячье племя! – замахнулся на них Али-хан. – Дети афганских беженцев! – раздраженно пояснил он. – Русские ушли, но из-за грызни между моджахедами мы по-прежнему вынуждены терпеть этих голодранцев в нашей благословенной стране!

– Хватит болтать! – повысил голос Метлоу. – Напомню вам восточную мудрость: «Из щенков шакалов вырастают шакалы, а из детей обиженных народов отважные мамлюки».

– Увы, мистер Метлоу, – скрывая за улыбкой ярость, возвел руки к небу Али-хан. – Отважные мамлюки – это всего лишь блистательное прошлое Востока, и не более того…

– Вот как! – насмешливо отозвался американец. – А скажите-ка мне по секрету, коллега, когда натасканные вами афганские талибы-мамлюки установят угодный вам режим в ущельях Гиндукуша, в какую следующую страну вы направите их умирать под зелеными знаменами ислама?

– Аллах акбар! На все его воля! – усмехнулся Али-хан. – Но не на американские ли доллары вскормлены в Афганистане полчища мамлюков, и разве не ваши инструкторы который год натаскивают их?

– Недоумков и у нас хватает. Но я не получил ответа на свой вопрос.

– Интересуетесь, не пошлем ли мы афганских мамлюков в Россию? – бросил на него косой взгляд Али-хан. – Иншалла!.. Все, все в руках Аллаха, а смертным не дано знать его помыслы. Кстати, полковник, я же не спрашиваю, куда вы пошлете умирать под вашим полосатым флагом русского пехотного майора, если он когда-нибудь выздоровеет.

– Коллега, мы в ЦРУ не любим, когда суют нос в наши дела, – оборвал его Метлоу и, помолчав, добавил: – Но раз уж вам не терпится поговорить о русских – поговорим о них.