Как бы то ни было, едва парень перестал вопить, мы с Флойдом стали знаменитостями.

Кстати, полное имя Флойда — Флойд Эшман. Он предпочитает, чтобы его называли Феникс, но от меня вы этого не дождетесь. Он утверждает, что так называется его родной город, но это лишь предлог. Эшман?

Я Бритни. Наверное, меня тоже можно называть Эшман — большая часть прессы так и делает, — но у меня нет фамилии. Я симбионт Флойда и живу в нескольких компьютерных чипах, имплантированных между его ребер. Всего чипов двенадцать, хотя при необходимости я могу обойтись и меньшим их количеством.

Флойд — существо из плоти и крови сорока восьми лет. Я… ну, в новостях это любят называть «квантовой пеной», но это относится лишь к чипам. Настоящая «я» появилась на свет лишь два года назад, хотя, будь я человеком, то настояла бы на том, что мне лет девятнадцать. Может быть, двадцать.

Флойд однажды спросил, как я определяю свой возраст. Я ответила, что делаю это на основе собственных ощущений. И еще смотрю много фильмов, хотя они далеко не лучший эталон для сравнения. Я могу в определенной мере управлять своим взрослением, поэтому, когда мне исполнилось восемнадцать, я решила немного притормозить, иначе года через два стану старше Флойда, а ему такое может не понравиться. Он уже охотнее принимает мою помощь, но наверняка проявит больше упрямства, если я начну вести себя, как заботливая мамаша.

Конечно, знамениты мы или нет, но прошло немало времени, прежде чем мы смогли улететь с Титана — ведь ученые на базе не обзавелись лишним кораблем, готовым вернуть нас на орбиту. Потом нам пришлось торчать на базе Япет, препираясь со страховой компанией по поводу нашего погибшего корабля.

Едва я поняла, что они не собираются платить немедленно, прошла ускоренный курс по страховому законодательству.