— Надо, — кивнул Стас.

— Эй, ты чего? — потряс его за плечо напарник, удивленный односложными ответами.

Стас не мог объяснить своего оцепенения. Он так долго ждал этого момента, так часто представлял его себе, что когда заветный миг, наконец, настал, Стас никак не мог поверить в реальность происходящего. В то, что мечта совсем близка к исполнению.

Лестница закончилась через четырнадцать ступеней, и прыгающий свет фонарей выхватил низкое, но довольно просторное помещение. Вековая пыль, потревоженная стекшим на пол кремнеземом, стояла столбом, не позволяя разглядеть детали.

— Дождемся, когда пыль осядет, — предложил Стас и уселся на нижнюю ступень.

У Нельсона сил на спокойное ожидание не было. Он достал камеру и принялся снимать ступени — во всех ракурсах. Потом поднес фонарь близко к камню, начал изучать, дюйм за дюймом, поверхность стены. Через какое-то время донесся его восторженный вопль:

— Стас, здесь, кажется, надписи на камнях!

И чуть позже:

— Тут выход! В какой-то коридор!

Прибежал обратно, уселся рядом.

— Ну, что, теперь сообщаем?

— Вспомнил, как?

— Неа. Но нашел инструкцию к передатчикам, там все коды вызовов… Ну так что — сообщаем? — Нельсон дрожал от нетерпения.

— Давай…

Почти немедленно на старателей обрушился самый настоящий шквал звонков. Сигналы вызова поступали без перерыва, передатчики тонко пищали, Нельсон деловито сообщал координаты всевозможным организациям, концернам, комитетам и агенствам, без устали описывал немногочисленные детали, строил предположения о том, куда может вести коридор…

Не прошло и часа, как над кратером послышался шум двигателей — подтянулись первые исследователи. Галдели люди, шумели приборы, стрекотали моторы и гудели мощные фонари. Стены обрастали проводами, густую пыль резали потоки искусственного света.