Но прибытие Комер-сана даже для Посада было событием большим. Не часто, ой не часто ТАКИЕ торговцы оседали в Посаде. Заезжать, конечно, заезжали, но чтобы вот так, разом, и на всю жизнь, — это редко бывало. Купцы, вроде Комер-сана, предпочитают со временем сами закладывать небольшие селения. Пройдет годков пятьдесят, и превратятся они в такие же посады торговые со своими обычаями и своей торговлей.

Узнав о решении Комер-сана осесть в Посаде, люд посадский зашумел, и ведь было от чего! Самые беднейшие из купцов посадских носы к небу задрали, свысока смотреть стали на заезжих купцов. Как же, статус Посада становился неоспоримым в ближних и дальних землях, приобретал главенство в делах торговых, и цены, которые теперь будут устанавливаться в Посаде, станут стандартом для других.

Обозы Комер-сана остановились на окраине Посада. Покуда не будет выбрано место (с разрешения совета), где дом предстоит ставить, а рядом конюшни, амбары, склады для барахла торгового, свинарники да курятники, да жилье для прислуги, быть клану Комер-сана на окраине.

Знатный купец не обиделся, добро принял хлеб-соль от старейшины совета Зуба, и стал с неторопливой хозяйственностью устраиваться на новом месте.

Сколько здесь стоять, он не знал, но, видать, не впервой Комер-сану такое. Пока дом поставят, да всё что полагается при нем, месяц-другой пройдет. Вот и разбились шатры цветные на окраине, запахло бараниной жареной, свининой тушеной, ржание конское смешалось с криками подручных Комер-сана, распоряжающихся по поводу вечернего угощения.

Пригласил Комер-сан на ужин праздничный всех желающих (столы стояли под открытым небом, подходи любой, да ешь, что приглянется — барашки целые запеченные, свиные окорока румяные, рыбы всякие и птицы, пей-запейся браги да пива из Бовуссии). Чинных людей, представителей артелей торговых, членов совета позвал Комер-сан в свой шатер и потчевал их там едой отборной, поил сброженным соком ягод лозы, что росла вдоль рек Франзонии, да речи вел дельные: