- Это вы тоже сами сочинили? - ахнула Актриса.

- Сам, - не моргнув глазом, подтвердил я. - И Карбо, действительно, робот!

- Неувязка! - торжествуя, воскликнул Философ. - Он у вас слишком похож на человека. И ладони у него, видите ли, саднят. Разве у робота могут саднить ладони?

- Ваша взяла, - сдался я. - Сейчас все объясню. Карбо не робот. И родился не в колбе, а в роддоме. Его даже ни с кем не перепутали, хотя народонаселение Земли увеличилось в миллион раз, а рождаемость...

- Жаль, - вздохнула Актриса.

- Жаль, что не перепутали?

Она покачала головой.

- Жаль, что Карбо не робот и не родился из колбы. Это было бы так романтично. А нельзя переделать?

- Нельзя, - ответил я жестко, - потому что это противоречило бы авторскому замыслу.

- Но почему у него саднили ладони? - не унимался Философ.

- Он натер их на галерах. Если бы вы были невольником и день за днем ворочали тяжелыми веслами, да еще прикованный к ножным упорам, то у вас вообще не осталось бы ладоней!

- На каких галерах?! Каким невольником?! - стиснул виски Философ.

- Карбо зациклился во времени и каждое утро возвращается в метастабильное состояние, на свою галеру, неужели не ясно? Однажды ночью его застукали в спальне Карла IX, куда он попал из-за разброса пространственной координаты. Как нарочно, именно в этом, 1564 году. Карл издал ордонанс, запрещавший приговаривать к галерам на срок меньше десяти лет, поскольку "не менее трех лет требуется на обучение галерника искусству грести".

- А меня обучали пять лет, - сказал Инженер.

- Четыре года и десять месяцев, - фыркнул Философ и вдруг завопил: Братья и сестры! Нас предали! Я прав! Сплошные перепевы, а мы уши развесили! Из реальности в реальность - было! Экскурсы в прошлое - было! Зацикливание во времени - тоже было! Все было!