— Зайдешь к нам? — спросил Багров.

Даша вначале закивала, а потом сразу же замотала головой:

— Да, зайду! Нет, не могу! Нас собирает Фулона. Там не пойми что творится…

— Что творится?

— Я пока не разобралась. Нас строят всех вместе, где-нибудь за городом, и мы пытаемся сражаться отрядом. Строимся, смыкаем щиты. Линейное построение, четырехугольное, потом подковой. Вылет легких копий, средняя дистанция — средние копья, тяжелые — вблизи. Валькирии легких копий не должны мешать валькириям средних и тяжелых. Бросил, перебежал, прикрылся… и все заново! Только все равно как-то не складывается!

— Что не складывается?

— Вообще все. Мы как шахматы без половины фигур. Даже усеченного строя не получается. Сэнра, сам знаешь, изменила. Филомены нет, копья ее тоже. А ведь валькирий должно быть двенадцать! Одиночка вообще не в счет! Если они меня взяли, значит, у них совсем все плохо!

Багров кивнул. Если одиночку берут в строй — это даже не финал. Это сразу финиш.

— Эх! Легкие копья, средние копья, щиты! Каменный век! Я же рисовал им схему, как нужно сражаться. Динамично, мобильно, современно! — сказал Матвей.

Даша смущенно опустила глаза:

— Да, я видела твою схему.

— Что, понравилась? Пользуется Фулона? — восторжествовал Багров.

— Может быть. Я не знаю. Она у нее в уборной висит, — уклончиво ответила Даша.

Она ободряюще коснулась руки окаменевшего Матвея, плеснула на него тихой радостью, засмеялась, прозвенев колокольчиком, и исчезла, как мгновенно исчезает солнечный луч.