Этот шрам постоянно напоминал Шторму, что такое сон в холоде — сон, могущий убивать тело и калечить душу. Интересно, а почему Даку из всех добровольцев заинтересовался именно Джеком? Парень явно не был простачком — этот бар, облюбованный воротилами уличного бизнеса, знали немногие. Шторм еще раз посмотрел на Даку. Да, с этим парнем надо держать ухо востро — он может быть очень опасен. Шторм вспомнил Пурпура. Прежде, чем идти сюда, надо было спросить у командира, что это за темнокожий и кто за ним стоит, но на время отборочного конкурса командир строго-настрого запретил Джеку подходить к нему с какими бы то ни было разговорами. Ну, что ж, Пурпур и так сделал для Джека многое — познакомил его с Пеписом, добился разрешения участвовать в отборочном конкурсе. А сейчас судьба Шторма находилась в его собственных руках. Впрочем, этого-то и хотелось ему больше всего.

Человек в длинной мантии с огромным резным крестом на груди подошел к входной двери бара и с интересом посмотрел сначала на Шторма, а потом на Даку.

Даку презрительно скривился:

— Посмотри-ка, а ведь это уокер!

Джек кивнул. Уокерами называли большую религиозную секту, ведущую свою родословную от одной из земных религий. Они поклонялись Господу Иисусу Христу и искали археологические доказательства пребывания мессии в других мирах. Шторм видел уокеров и раньше, но вооруженный уокер… Это было для него что-то новенькое. Джек скользнул глазами по оружейному поясу, кое-как прикрытому складками черной мантии, — судя по всему, этот миссионер понимал толк в войне. Уокер поговорил с барменом, кивнул и скрылся в одной из соседних кабинок.

Робот-официант толкнул дверь их прозрачной пластиковой кабинки и принес холодное пиво.

Даку хмыкнул и взял стакан.

— Послушай, Джек, ты воспринимаешь все, что происходило с тобой, очень хладнокровно, как будто бы до этого ты уже побывал на рыцарских учениях…