В рубку вошел Джордж Ривал. Пилот был удручен и крайне смущен. Происшедшее обошлось ему в порезанную щеку, которую Лакки промыл, продезинфицировал и заклеил пластырем.

– Есть несколько течей, небольших, и я их заткнул. Крылья снесены напрочь, и вышли из строя основные батареи. В общем, ремонт предстоит нешуточный, но, думаю, нам еще повезло, что мы так легко отделались. Вы блестяще выкрутились, мистер Вильямс, – с уважением произнес Ривал.

– Надеюсь, вы расскажете мне, что стряслось с вами, – взглянул на него Лакки.

Ривал замялся.

– Не знаю. Чувствую себя полным идиотом, но не знаю.

– А вы? – Лакки обернулся к помощнику.

Тор Джонсон, ковырявшийся в рации, отрицательно покачал головой.

– Последнее, что я помню ясно, – попытался припомнить Ривал, – мы находились еще в слое облачности. А потом – ничего, пока не появились вы с фонариком.

– А вы или Джонсон наркотики не употребляете? – осторожно поинтересовался Лакки.

Джонсон раздраженно взглянул на него.

– Нет. Никогда.

– Но что же тогда вас выключило, причем одновременно?

– Хотел бы сам знать, – поморщился Ривал. – Поймите, мистер Вильямс, мы же все-таки не детишки, а пилоты первого класса. – Он простонал. – По крайней мере, были пилотами первого класса. Теперь нас, конечно, понизят.

– Еще посмотрим, – буркнул Лакки.

– Послушайте, – вмешался Бигмен, – какой толк рассуждать о том, что уже прошло? Где мы теперь? Вот что меня волнует. И куда мы тащимся?

– Мы отклонились от курса, это несомненно, – сообщил Джонсон. – До Афродиты хода часов пять-шесть.

– О гром и молнии! – возопил Бигмен, с отвращением глядя в непроглядную темень в иллюминаторе. – Шесть часов в этой клоаке!

Афродита – крупнейший венерианский город с населением в четверть миллиона человек. Еще за милю до него вода вокруг «Чуда Венеры» стала прозрачно-зеленой – от света городских огней. В светящейся изнутри зелени ясно различались темные, лоснящиеся корпуса спасательных судов, высланных навстречу поврежденному кораблю после установления радиосвязи. Суда сопровождали «Чудо Венеры» молчаливым, чуть торжественным эскортом.