
– А вы не послали туда кого-либо из наших спецагентов? – спросил Лакки, который только что вернулся с астероидов.
– Послали, – кивнул Главный Советник, – Эванса.
– Лу Эванса? – темные глаза Лакки радостно блеснули. – Он мой однокашник. Он великолепен…
– Вот как? А наш резидент на Венере требует его отзыва. Отзыва и расследования дела о коррупции.
– Что?! – Лакки в негодовании вскочил на ноги. – Дядюшка Гектор, это немыслимо!
– Что же, слетай туда сам и во всем разберись. Как?
– О Боже со всеми твоими ангелами и архангелами, что за вопрос! Мы с Бигменом летим, как только «Метеор» подготовят к полету.
И вот уже Лакки видит в иллюминаторе, как над Венерой простирается ночная тень. Через час планета погрузится в полную темноту. Все звезды закрылись гигантским диском Венеры.
Вскоре они вновь оказались на освещенной стороне планеты, только в иллюминаторе дарил уже серый цвет, поскольку корабль приближался к поверхности, облачность была не видна. По сути, корабль начал уже входить в нее.
Бигмен в это время успешно разбирался с гигантским бутербродом с курицей.
– Тьфу, – сказал он, прикончив его и вытерев губы, – не хотел бы я сейчас тащить корабль вниз сквозь эту муру.
Вышли наружу и зафиксировались крылья, теперь корабль использовал атмосферу и характер полета резко изменился: корабль стало трясти то вверх, то вниз, как если бы они съехали с асфальта на булыжную мостовую.
Межпланетные корабли не слишком удобны для посадки на планеты с плотной атмосферой. Поэтому вокруг таких планет, как Земля и Венера, созданы специальные станции. Корабли, возвращающиеся из глубокого космоса, прилетают туда, а уж с этих станций путешественников доставляют на поверхность планеты каботажные суда, способные перемещаться в атмосфере как обыкновенные самолеты.
Бигмен – а он мог бы провести корабль с Плутона на Марс с завязанными глазами – растерялся бы при столкновении с атмосферой. Даже Лакки, которого в Академии не на шутку натаскивали пилотировать каботажники, и тот не слишком бы обрадовался необходимости сажать корабль вслепую.
