- Меня зовут... - он какое-то мгновение колебался и вдруг сказал: - Я не знаю.

Затем малыш снова закрыл глаза, и откуда-то из глубин его горла раздался мягкий и одновременно грубый звук, произведенный невероятным усилием. Из этого звука выкристаллизовались слова: "Его зовут Джейро".

Удивленный Уониш наклонился к ребенку поближе.

- Кто ты?

Мальчик глубоко и горестно вздохнул и тут же заснул. Трое врачей не отходили от постели до тех пор, пока Дыхание мальчика не стало спокойным и размеренным.

- Что мы скажем Фэйтам? - поинтересовался Соулек. Уониш скривился.

- Все это весьма подозрительно, если не сказать сверхъестественно. И все же... Я свел бы информацию к минимуму. Словом, только то, что мальчик сказал, как его зовут. Его зовут Джейро. И ничего больше.

Соулек и Фексель одновременно кивнули.

- Я думаю, что и мы не слышали большего, - добавил последний.

Доктор Уониш вышел в приемную, где ждали Фэйты.

- Можете отдохнуть, - сказал он. - Все худшее уже позади. Малыш скоро поправиться. Останутся лишь некие провалы в памяти, вот и все.

Фэйты восприняли известие с радостью, и Алтея осторожно спросила:

- Но как велики будут эти провалы?

- Предугадать сейчас сложно... Причина его болезни в чем-то очень страшном, и мы были вынуждены уничтожить некую информацию. Он никогда не узнает теперь, что и как с ним произошло, и кто он, за исключением того, что зовут его Джейро.

- То есть вы говорите, что его памяти практически больше не существует! - веско произнес Хайлир Фэйт.

Уониш на мгновение вспомнил о загадочном голосе, говорившем, что мальчика зовут Джейро.

- Я еще раз повторю, что предугадать сейчас что-либо очень трудно. В его сознании остались некие отдельные фрагменты, вспышки, которые предполагают форму бывших матриц; они могут дать некоторые образы и намеки... Но ничего... ничего связного...

3

Разумеется, Фэйты предприняли свое расследование, расспрашивая о мальчике жителей в долине Фуаси-ривер, но ничего, касающегося Джейро и его происхождения, так и не выяснили. Везде их встречали недоумевающие пожатия плеч и удивление, что кому-то приходит в голову задавать столь бесполезные и бессмысленные вопросы.