Стоявшие сзади надавили, желая непременно попасть в автобус, а впереди уже образовалась пробка.

Почти все великие умы нашего института уже сообразили, что объем предлагаемого к рассмотрению общественного транспорта далеко не безграничен. Огромная сила воздействовала на мою спину. Ноги самостоятельно сделали несколько шагов вперед и оказались по щиколотку в воде вышеупомянутого неиссякаемого ручья.

Рядом кто-то тихо ругался, наблюдая, как рукав его модной куртки безупречно чисто снимал толстый слой грязи с желтой стены, не в силах ничего изменить. Не скажу, что данная картина подействовала ободряюще, но в это время толпа приподняла мое тело и занесла его в автобус.

Двери захлопнулись, выкинув из салона парочку невезучих и оставив за пределами умной машины три-четыре десятка менее расторопных людей. Медленно-медленно автобус поехал к повороту. За ним устремилась парочка чудаков, еще веривших в несбыточное. Но на их долю выпали лишь грязные брызги.

- Серега, ты носки промочил? - загремело над моим ухом

- Не то слово, - мрачно раздалось из другого конца салона. Очевидно, сия печальная участь не миновала никого.

И все же посадка прошла успешно. По крайней мере, для меня. Оставалось перевести дух и немного успокоиться. Повертев левой ногой, висевшей в воздухе, я благополучно втиснул ее в образовавшуюся на мгновение щель между лакированной туфелькой и потрепанным московским "адидасом". У какого-то бедолаги раскрылся дипломат, и пол-автобуса старательно топталось на его бумагах. Над поверхностью людского моря вскинулась подобно перископу рука с очками, повертелась и спряталась обратно. Слева от меня кто-то подробно пересказывал сюжет "Техасской резни механической пилой", справа шел деловой разговор о том, как полезно быть миллионером. Я же, вцепившись в поручень, чтобы при повороте не оказаться под ногами у собратьев по разуму, безуспешно пытался вспомнить то самое модальное управление, половину формул которого вытрясли из мозгов во время бурной посадки.