- Ага, дойная, говоришь, корова? - Рысь внимательно рассматривал пастушонка. Значит, не из весян парень, из того же народа, что и сам Юний, и Вента…

- Отпустили бы вы меня, правда, - жалобно попросил мальчишка. - Я ведь ничего у вас не выглядывал, клянусь, чтоб меня Родимец убил!

- Чьего ты рода?

- Тарховы мы… - парень неожиданно замолк, насупился.

Рыси стало ясно, что ничего больше о своем роде тот не скажет. А узнать это надо было обязательно - безопасности ради. Кто его знает, что за люди живут где-то поблизости - ведь не издалека же пришел этот пастух. Да и еще раньше, в апреле, как сошел снег, высланный патруль обнаружил чье-то заброшенное пастбище - огороженную поскотину. Юний тогда не придал этому значения - посчитал, что свое, рода Доброя, уцелело тогда, осталось неподожженным, да и что там было жечь-то - жердяную ограду? Значит, поскотиной вновь пользовались - опять же, если верить пастуху. Рысь задумчиво почесал тщательно подстриженную бородку:

- Как твое имя, парень?

- Све… Зарко, - начав было, мальчишка вдруг осекся, и Юний знал почему.

Назвать чужаку свое имя - чревато последствиями, ведь кто его знает, каким страшным колдовством могут владеть чужие люди? Лучше, конечно, настоящее имечко скрыть, назваться другим или тем же, но сокращенным. Зарко - это от Зоримира, Зорислава, Светлозара? И имя рода - Тарховы. Тарх - это, по всему, их старейшина или вождь. Тоже не настоящее имя, прозвище.

- А меня зовут Рысь, - неожиданно улыбнулся Юний. - Я - сын Доброя, может, слыхал? Мой род здесь когда-то жил.

- Доброй? - Зарко удивленно хлопнул ресницами. - Да, слыхал про него что-то. Вялиш-весянин рассказывал. Говорят, род Доброя уничтожили злые лопьские боги.

- Скорее алчные разбойники из-за моря.

- Не-ет, - пастушонок лукаво усмехнулся, - если б разбойным людям не помогли чужие боги - они б нипочем бы никого не извели!