— Тебе не позавидуешь. Граф Рауль — беспутник, отца до смерти довел и скоро вас всех без места оставит.
— Неправда твоя, — отвечала другая, курносая и бойкая, с румянцем во всю щеку. — Отец его не потому застрелился. Его Пакито околдовал. И, не будь дурак, все денежки сполна получил. А графьи корабли на дне лежат.
— Да кто с этим дьяволом вождается! — вскричала отечная. — Вот погоди, как припрет молодого графа долги отдавать, тот или тоже застрелится, или его застрелит.
— Ага, — вздохнула курносая, подпираясь ладонью. — Срок долгу завтра. Жаль молодого графа-красавчика. Уж так жаль. И старую хозяйку.
— Виселицей кончится, верно тебе говорю…
Наплевав на дурное пророчество, Кармела вскочила и со всех ног бросилась в гавань.
В тот день Рауль вернулся домой на закате. Вернулся и не узнал своего дома. Все окна сверкали огнями, ворота были распахнуты настежь, двор полон подвод и незнакомых людей. Ему почудилось в первый миг, что кредиторы явились забирать вещи. Сердце упало. Негодяи! Ведь срок истечет только завтра! Рауль схватился за шпагу. Но навстречу уже бежала растрепанная и счастливая тетушка.
— Рауль, мальчик мой! Мы спасены!
Рядом с тетушкой шел высокий человек в камзоле с галунами, с палашом на боку. По жестам, походке, по всему облику Рауль узнал в нем моряка. Рука со шпагой медленно опустилась.
— Кто вы? — спросил Рауль глухо. — Что все это значит?
— Дон Родриго Рауль Хименес д'Аредо? Пройдемте в комнаты. У меня поручение к вам…