Он уехал, а я принялся за обустройство. Жить и работать в таком доме и впрямь было одно удовольствие. В силу своей профессии я так привык к одиночеству, что воспринимал его как единственно приемлемый образ жизни, а потому отсутствие соседей меня только радовало. Книга писалась легко, финансовые проблемы больше не висели надо мной дамокловым мечом, и жизнь казалась замечательной. Но тут появился он.

Никогда не забуду, как увидел его в первый раз. Я возвращался из поселкового магазина, нагруженный сумками и пакетами, когда заметил какое-то движение в заброшенном доме. Решив, что там обосновались вездесущие бомжи, я занес продукты, отыскал среди хозяйских инструментов монтировку и отправился на разведку. Подошел к развалюхе, прислушался. Внутри явно кто-то возился.

— А ну, орлы! — бодро окликнул я. — Выходи на свет божий!

На минуту все затихло, потом дверь скрипнула и в дверной проем с видимым трудом протиснулся он. Встал на крыльце, выпрямился во весь свой гигантский рост и осмотрел меня надменно и раздраженно.

— Да?

Я молчал, ошарашенный. Да и было отчего. Таких динозавров природа порождает в крайне исключительных случаях, да и то не во все века. Изрядно за два метра ростом, в плечах широкий, как сарай, с мускулатурой, не поддающейся никакому внятному описанию, он пугал уже самим фактом своего существования. Глядя на подобных субъектов, с отчетливым сожалением понимаешь, что можно день и ночь проводить в спортзале, накачивая мускулы и постигая секреты шаолиня, но есть люди, которым природа просто дала то, до чего тебе никогда так и не дорасти. И это вызывало чувство острого неудобства. А еще это чувство вызывал его наряд: какие-то заплесневелые, полусгнившие лохмотья спортивного костюма, разъезжающегося прямо на глазах. Может, это и был бомж, но… очень странный бомж.

— Вы… здесь живете? — наконец вымолвил я.

— Да.

— Э-э… А я — рядом… охраняю… Ну… значит, соседями будем…