Вельможа неопределённо пожал плечами, подойдя к графину, налил воды в высокий широкогорлый бокал, передал его Иланту.

– Выпей, – приказал он, – и, успокоившись, хорошенько обдумай всё, что ты мне сейчас сказал. Я от своих слов и обещаний не отказываюсь. Но спешить тебе не советую. Спешка нужна при ловле блох, а в таких вещах, как месть, нельзя торопиться.

Да-Деган отошёл к окну. Светало, но дождь так и падал, словно задумав пришить небо к земле, стучал в стекло, барабанил каплями по лужам. Из-за туманной изморози тусклый свет фонаря казался ещё тусклее, чем был на самом деле, и на белесой пелене, ветви деревьев казались гигантской чёрной паутиной. Да-Деган недовольно поморщился. Он не любил дожди, такие серые, плотные и затяжные, из-за которых о солнце, щедро поливавшем город золотым лучистым теплом, можно было забыть. По меньшей мере, на месяц.

«Сумасшедший день, – мелькнула мысль, – и свихнувшийся мир. Пора убираться отсюда подальше. Повыше облаков, поближе к солнцу. На Форэтмэ. Или прочь с этой безумной планеты». Он бросил жалостливый, полный сочувствия взгляд на Иланта, надеясь, что тот его не увидит, и тихо вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

По дому гуляли сквозняки, от зноя, царившего ещё вчера, не осталось ничего кроме воспоминаний. Холод же, пришедший сразу вслед жаре, казался космическим. Он пронизывал до костей, пробираясь под складки лёгкого, невесомого шёлка, блестящего как оперение Жар-птицы. Но, даже, пробираясь через фрагменты мозаики разложенные на полу, вельможа не чувствовал неудовольствия от отсутствия комфорта и уюта.

«Отстрою, – пришла мысль, – и злитесь сколь угодно долго, господин Энкеле Корхида. Дом Ареттара я не позволю держать в руинах. Конечно, Вас злит, что кто-то за это взялся. Пусть, злитесь сколь Вам угодно. Вы сожгли этот дом, вы, единственный, знали что делали, когда в пьяном угаре бросили факел на сухое дерево. И даже те, кто были с вами, пытались вас остановить. Что ж, отстрою. И будет дом, как был. И, даже, ещё краше. А тогда посмотрим, удастся ли вам и всё остальное, то, что Вы вершите».