
— Расслабься, это не худшее, что я слышал, — успокоил его Сонека.
— Но ваша мать прекрасная женщина — произнес Лон
— А, теперь ты тоже захотел с ней?..
Кто-то засмеялся. Лон покачал головой и опустил карабин.
— Последний шанс, — сказал Пето Сонека умирающему. — Сколько?
— Сколько вас еще? — спросил Нуртиец сухим шепотом. Он говорил с сильным акцентом, но не стоило ожидать, что ксенос будет мастерски владеть языком Империума. — Сколько еще? Вы спустились со звезд, но не делаете ничего.
— Ничего?
— Ничего, не считая подтверждения, что вселенная полна зла.
— Так вот, что ты о нас думаешь?
Нуртиец пристально посмотрел на него остекленевшем взглядом. Из его рта полилась кровь.
— Он мертв — заключил Лон.
— Верно подмечено — произнес Сонека поднимаясь с колен. Он обернулся, взглянув на людей, собравшихся на склоне позади него. Чуть впереди два горящих Нуртийских транспорта извергали в небо сажу и дым. Издалека слышались выстрелы из лазерных карабинов.
— Потанцуем — сказал он.
К западу от гор, насколько хватало взгляда, виднелось лишь нагромождение камней. Ландшафт представлял собой ломаную цепь гор и углублений между ними, которые в вечернем свете тонули в тенях и становились похожими на бассейны, полные чернил. Сердце Сонеки окутала тьма: Тель Утан становился их немезидой. За восемь месяцев, проведенных здесь, им явно не везло.
Гено пять два Хилиад был одной из старейших бригад Имперской Армии. Элитные войска из тысячи рот, имевшие свои военные традиции и обычаи, восходящие корнями к эпохе Объединительных Войн. Гено пять два относится к Старой Сотне, полкам Эры Раздора, которые Император, в своем величии, сохранил после Объеденения. Большинство остальных полков были расформированы или уничтожены, в зависимости от их сопротивления новому порядку.
Пето Сонека был рожден на Феодосии и в юности служил в локальной армии, но попросил о переводе в Гено пять два из-за их репутации. Он прослужил там двадцать три года, добившись звания Гетмана. До того времени он еще не встречал врага, которого он не мог бы сокрушить.
