Император провел клинком вдоль реки Аранд. Она текла по плоскогорью с возвышенности.
– Ублюдки движутся по долине Аранда, подбираясь прямо нам под горло. Намдалени Дракса закроют брешь у Гарсавры и будут держаться, пока мы не подбросим туда подкрепления. После этого настанет наша очередь идти на запад. Мы отберем у врага то, что принадлежит нам по праву. Ты хочешь что-то сказать мне, римлянин?
– Да… Вернее, я хочу кое о чем спросить. – Гай Филипп указал на красный кружок, обозначающий Гарсавру. – Хваленый барон Дракс может быть очень хитрым солдатом, но каким образом он собирается удерживать город, у которого нет крепостной стены, даже полуразрушенной?
Западные города Империи не имели стен. До того, как йезды начали теснить Видесс, люди столетиями не знали, что такое вражеское вторжение. Несколько сот лет назад укрепления, конечно, существовали. Но постепенно их срыли, а камень использовали для строительства городских зданий. Для Марка земля без крепостей была величайшим из достижений Видесса. Это безмолвно свидетельствовало о безопасности – куда большей, чем мог предложить своим подданным Рим. Даже в Италии города без стен показались бы таким же странным явлением, как белая ворона. Всего пятьдесят лет минуло с тех пор, как кимвры и тевтоны перевалили через Альпы.
– Не беспокойся, чужеземец. Они удержат ее, – сказал Аптранд, сын Дагобера, сидевший рядом с Гаем Филиппом. – Дракс – всего лишь жалкая насмешка над именем намдалени, но его люди – другое дело. Они продержатся.
Аптранд говорил с сильным намдаленским акцентом, таким густым – хоть ножом режь. Барон Дракс перенял слишком много видессианских обычаев, чтобы заслужить любовь своих соплеменников. Намдалени тоже знают, что такое раздор и усобицы. Скавр, впрочем, не слишком хорошо разбирался в деталях этих разногласий.