- Вовсе нет. - Трибун не собирался наживать себе нового врага. - У тебя свои заботы, у меня - свои. И твой Гурий наверняка отлично понимал, что солдат должен выполнять приказы командира. Как и то, что разгильдяйство ведет к большой беде.

Жрец-целитель был поражен.

- Вот уж такого довода от безбожника я не ожидал. - В его налитых кровью глазах мелькнула хитрая искорка.

Марк развел руками. Если аргумент подействовал, то большего и желать нельзя.

- Что ж, хорошо, - сказал наконец жрец. - Возможно, я слегка погорячился.

- То, чем заняты мои люди в свободное время, - их личное дело. Если они захотят позировать для тебя, я, разумеется, не смею возражать, - с облегчением сказал трибун. Он был рад, что сумел снять напряженность.

Стипий поразмыслил немного.

- А как насчет тебя?

- Что - насчет меня?

- Когда я впервые увидел тебя, я сразу понял: вот кто будет отличной моделью для святого Кведульфа Халогайского.

- Святого Кве... кого? - удивленно переспросил Марк.

Халогаи жили в холодных землях далеко на севере от Видесса. Некоторые из них нанимались в имперскую армию, а многие промышляли пиратством. Насколько было известно Скавру, они поклонялись отнюдь не Фосу, а своим жестоким божествам.

- Каким же это образом халогай сделался видессианским святым?

- Кведульф приобщился к истинной вере во времена правления Ставракия, да упокоит Фос его великую душу! - Жрец обвел круг у груди. - Кведульф проповедовал слово веры своим соотечественникам в ледяных фиордах, но проклятые язычники не желали слушать. Они привязали его к дереву и пронзили копьями. Святой безропотно и отважно принял мученическую смерть от рук варваров во имя бессмертного Фоса.

Ничего удивительного в том, что халогаи не приняли веры Кведульфа, подумал трибун. Ставракий завоевал их провинцию Агдер, и они наверняка видели в проповеднике своего рода троянского коня, который помогает видессианам расширить сферу влияния на севере. Религия в Видессе часто использовалась в политических целях.