Из замусоренного входа в переулок Кэнби кивнула полная бородатая фигура, стоявшая возле замызганного магазинчика. Это был Эмпс, обладатель огромнейшего носа, бычьей шеи и непокорных волос. Рядом, откуда-то из полумрака, возникло знакомое круглое лицо Мэддера — его глаза беспокойно двигались. Неожиданно они остановились на Кэнби. Угрюмо поджатые губы растянулись в настороженной улыбке.

Эмпс тоже улыбнулся, ободряюще похлопал Мэддера по плечу и, завершив свою миссию, затерялся среди прохожих.

Улыбнувшись Мэддеру в ответ, Кэнби еще раз поискал глазами полицейских, а затем минуя толпу осторожно нырнул в полутемную аллею. Мэддер прятался за осевшим навесом. Как же изменился этот человек! Грязный и растрепанный, он весил в несколько раз меньше, чем в годы службы. Его заросшее щетиной лицо осунулось, а в глазах отражалась затравленность, характерная для тех, кто пребывает в постоянном страхе за жизнь. Одежду Мэддера составляли лохмотья, и от него пахло так, будто он ночевал в канализационной трубе, что вполне могло оказаться правдой.

— Командир, — хрипло прошептал бедолага, — слава Богу, вы пришли!

Кэнби положил руку на трясущееся плечо Мэддера.

— Похоже, тебе пришлось туго, лейтенант, — ласково заметил Кэнби.

— Так точно, командир, — признался Мэддер слабым голосом. — Хуже, чем я мог представить. А теперь они еще не подпускают меня к центрам эвтаназии. Я нужен им для публичных наказаний. Если бы я только знал, никогда не стал бы…

— Не оглядывайся назад, лейтенант, — перебил Кэнби, ободряющее сжимая его плечо. — Перед тобой снова открылось будущее — осталось только шагнуть ему навстречу. — Он достал из летной куртки конверт. — У меня есть билет на гиперпоезд до Бомбея на мое имя. Сети Интерпола никогда не простирались так далеко.