— Всем приготовиться к посадке! — ожило переговорное устройство, нарушая его мрачные размышления. — Занять места для посадки! Закончить гиперсветовые операции…

До тесной навигационной рубки долетал топот ног членов экипажа, спешащих на свои места, монотонный стук защитных переборок и люков — в общем, обычная какофония, сопровождающая выход космического корабля из дальнего космоса.

Кобир просматривал показания приборов, взгляд привычно перемещался от одной колонки цифр к другой. Все шло нормально, чего и следовало ожидать от такого замечательного корабля, как у него. Уже через несколько стандартных часов после прекращения военных действий передовых боевых кораблей останется совсем немного. Николай с грустью покачал головой.

Неделю назад, неподалеку от пепелища, оставшегося от их последней базы, Кориса-29 — в каких-то тридцати световых годах от Мегиддо, главной планеты Новокирска, — Николай приказал двум своим транспортникам «KV72» с немногими уцелевшими гражданскими лицами, провизией и запчастями на борту отправиться вперед по безопасному маршруту. Спустя три дня, когда в поражении не сомневался уже никто, Николай покинул базу и повел восемь своих уцелевших «388» сквозь сжимающееся кольцо вражеских кораблей. Вероятно, Николай стал последним, кто выскользнул из окружения, прежде чем руководящие офицеры всех государств — членов Конфедерации заключили с Имперской Землей перемирие на ее условиях. Все закончилось несколько стандартных часов тому назад, но Николаю вместе с отважными мужчинами и женщинами, которые сражались рядом с ним и выжили, удалось вырваться на свободу.

Впрочем, что за свобода их ожидает? Кобир не обманывался относительно будущего Конфедерации — с ней покончено раз и навсегда. Благодаря условиям перемирия имперцы непременно добьются этого. Тем не менее с маленькой эскадрой мощных кораблей Николай и его люди вполне могут попытаться выкроить себе из послевоенного хаоса что-либо стоящее.