В предчувствии этого кирскианский капитан проявлял большую осторожность, чем мог себе представить. Его прозрение началось, когда он услышал по связи изумленное «Иисус и Мария с Иосифом!», вырвавшееся у Стеллы Бреммер — та повела группу проверить главные трюмы.

— Бреммер, — обратился к ней Кобир, открывая кобуру и спеша вниз по трапу, по которому женщина спустилась всего пару минут назад. — Мы идем. Где вы? Что вы нашли?

— Не спешите, капитан, — ответила она слабым голосом. — Нам ничего не угрожает.

— Тогда что там?

— Мы обнаружили таинственный груз, капитан, — сказала Бреммер, и ее голос задрожал от отвращения. — Груз — это люди. Из примитивных цивилизаций.

Кобир едва не остановился и не закрыл глаза. Вот это номер!

— Работорговцы? — спросил Кобир, с досады хлопнув себя по лбу. Значит, мы захватили невольничье судно?

— Взгляните сами, капитан, — ответила Бреммер. Через минуту Кобир миновал коридор и присоединился к маленькому отряду, собравшемуся вокруг люка в узкую обзорную галерею. Она была встроена в переднюю переборку глубокого грузового трюма, без сомнения, предназначенного для содержания скота. За свою жизнь Кобир насмотрелся всякого — страдания и война всегда шли рука об руку. Однако к такому зрелищу оказался не готов даже он.

Внизу, на палубе, оборудованной для скота, теснилось не меньше тысячи жалкого вида гуманоидов. Примерно двадцать из них лежали, сложенные, словно дрова, возле огромной емкости, очевидно, служившей отхожим местом. Некоторые из других тут и там распростерлись на грудах лохмотьев. Видимо, они станут следующими, кто присоединится к жуткой поленнице из гниющей плоти, ожидавшей, когда ее сбросят с корабля во время очередной уборки если таковая произойдет.