«Шив'кала… иногда кажется, будто тебе нравится это существо».
— Я чувствую в нем громадный потенциал… и хочу терять его из-за неправильного обращения. Это все, что я хотел сказать вам, братья.
«Хорошо, Шив'кала. Ты заслужил наше доверие и наше уважение. Разбирайся сам с Примой Центавра и с Лондо Моллари так, как тебе угодно».
— Благодарю вас, братья мои.
«Но в конце, конечно… должен остаться только один выход».
— Унижение Лондо и его смерть, плюс окончательное уничтожение Примы.
Центавра? — Шив'кала невесело улыбнулся. — Заверяю вас, братья… иного выхода не будет.
Сказав это, он почувствовал, что Сообщество исчезло из его разума, подобно тени, растворившейся в свете. И Шив'кала остался один, наедине со своими мыслями и планами.
Один. Но не в одиночестве.
В недрах Вавилона 5 дремал спящий.
Он не ведал, кем или чем являлся. Он считал себя бродягой, который, если не обрел здесь дом, то, хотя бы, нашел место, менее враждебное к нему, по сравнению со всей остальной Вселенной. В Трущобах царила вонь, но это была знакомая вонь. Здесь довольно часто бывали врачи, занимаясь наиболее паршивыми бродягами. Здесь можно было найти работу, если не задавать лишних вопросов насчет ее законности.
Не ахти какая жизнь…. но, все-таки, это была жизнь, и она его устраивала.
Он не знал, что все его воспоминания были ложными.
Он не знал, что его воспоминания о том, как он прибыл на Вавилон 5, были ошибочными.
Он думал, что видит и понимает этот мир, знает все входы и выходы. Он не понимал, что, на самом деле, ничего не понимает.