— Ну, — сказал он оживленно, — может, начнем эту комедию, а? Комедию о правлении. Я, в роли императора, и вы, контролирующие каждый мой шаг.

— Нет, — Шив'кала чуть заметно качнул головой. Что бы он ни делал, он ограничивался минимумом усилий. — Не каждый шаг. Просто не забывай… о наших целях.

— И что же это за цели?

— Наши цели… это также и твои цели. Это все, что тебе надлежит запомнить. Обратись с речью к народу. Разозли их. Обрати этот гнев… на Шеридана. На Альянс.

— Зачем? Зачем вам это нужно?

Улыбка Шив'калы, больше похожая на оскал скелета, стала еще шире.

— Альянс… это свет. Пусть гнев заслонит глаза твоему народу…, так они не смогут увидеть тени вокруг себя.

Как обычно, Шив'кала говорил тихим шипящим голосом. Потом, чуть заметно кивнув, он поклонился, и мысленно произнес, глядя на Лондо: «Всего хорошего тебе… император Моллари».

Лондо подскочил, явно не ожидая этого. Он инстинктивно огляделся, пытаясь найти источник голоса, а потом посмотрел на дракха. Гневно стиснув зубы, он прохрипел:

— Вон из моей головы!

Но дракх покачал головой и, все так же отвратительно улыбаясь, подумал, глядя на Лондо: «Мы всегда будем здесь».

Потом он протянул Моллари руку. Чисто символический жест, он не ждал, что Лондо ответит ему тем же. И Лондо не стал этого делать. Вместо этого он уставился на его руку с таким выражением на лице, будто увидел засохший помет.

Шив'кала отступил назад, позволил вечернему полумраку укутать его.

Ему показалось, что он вернулся домой.

Часть I. 2262–2264. Сумерки

Глава 1

Увидев создание, появившееся из груди дракха, Лондо, хотя и с огромным трудом, но сдержал крик, больше он ничего сделать не мог.

С полдюжины различных способов выхода из положения вихрем пронеслись в его голове.