Они остановились у входа в кабинет. Видкун пришел к заключению, что у Лиона уже были спутники. Это была молодежь Примы Центавра, и Видкун мог сказать, что это были самые яркие и лучшие ее представители. Их преданность Кастигу Лиону была общеизвестна. Если бы Лион приказал им переломать все свои кости, то они с радостью выполнили бы его приказ.

Как ни странно, Видкун не особо любил фанатиков. По его мнению, они были слишком шумными.

— Посол Луддиг, — произнес Лион, отвесив низкий почтительный поклон. Это было нелегко для столь высокого мужчины. Луддиг должен был оценить по достоинству этот жест. Но вместо этого он гневно нахмурился. Видкун поднялся и ответил поклоном на поклон, получив за это еще один тычок от своего начальника.

— Итак, — продолжил Лион, — чем обязан такой честью?

— Такой честью, — Луддиг недоверчиво фыркнул, выражая свое презрение. — Такой честью. Это больше похоже на грубость.

— Грубость? — Лион в недоумении нахмурился. — Разве у вас были какие-то проблемы с прибытием сюда? Мои Первые Кандидаты получили особые распоряжения и должны были обеспечить вам полную неприкосновенность по пути из космопорта.

Конечно же, я мог не предвидеть ту реакцию, которую вызовет ваше присутствие среди нашего населения…

— В этом не было необходимости…

Лион продолжал говорить, как будто не слышал слов Луддига.

— На случай, если вас не предупредили, сообщаю, что всем представителям других рас запрещено появляться на Приме Центавра. Это очень строгий закон. К счастью, будучи министром, я обладаю определенными… полномочиями. Поэтому мне удалось устроить ваш визит…

— В этом не было необходимости!

Лион моргнул, подобно сове.

— Тогда я не вполне уверен в том, зачем вы сюда прибыли.

— У нас был договор!

— Договор?