Полуоткрытый рот Эндрю задрожал. Он начинал что-то понимать.

- Сейчас я починю твою левую руку, - продолжал Павел. - Вот эта штука поставит плечо на место. Соберись. Ты, судя по всему, испытал в своей жизни не так уж много боли, но люди переносили куда более страшные вещи, чем то, что ты сейчас почувствуешь.

- Люди раньше сносили вшей, мух и открытые язвы, - огрызнулся Эндрю. - Зачем же тогда весь ваш "прогресс"?

Удивившись, что Эндрю слыхивал, оказывается, о подобных вещах, Павел приподнял бесчувственную руку и установил соединитель суставов, стараясь не думать о том, что ощущает пациент.

- Какой, к черту, прогресс! Кажется, мы попали на соседнюю с Картером планету... Ну, поехали!

Он отпустил пружину соединителя, и плечевой сустав с глухим стуком встал на место. Отлично.

Когда прибор был отсоединен, Эндрю спросил:

- А ты-то сам как умудрился уцелеть? - едкий тон вновь вернулся к нему.

- Меня выбросило через переборку медкабинета в отделение, полное мехов. Мне просто повезло, и благодари Бога, что мне повезло. Иначе ты бы сейчас корчился от боли.

- Ничего подобного, - гордо возразил Эндрю. - Пора бы тебе знать - это не в моих правилах.

Павел озадаченно посмотрел на него. Одним из побочных эффектов болеутоляющего была, как гласили справочники, мания величия. Кажется, это самое у Эндрю и началось.

- Взгляни-ка,- продолжал Эндрю, - видишь вон тот черный чемодан?

Павел перевел взгляд и заметил тёмный квадратный кейс, на который едва не наступил, обходя койку. Он поднял его. Кейс для своего размера оказался чересчур тяжелым.