Всё остальное может подождать.

- Включи его! Черт побери, включи! Будь ты проклят!

Павел мгновенно проснулся. Крик стоял в коридоре, будто продолжение мучительного сна, - ему приснилось, что он бредет по бесконечной голой пустыне. Павел заставил себя встать, с отвращением ощущая прилипающее к телу нижнее белье, - обычно он менял его дважды в день. За ночь легкий ветерок, должно быть, развеял запах гари, оставшийся после пожара на корабле. Сейчас в воздухе, по-прежнему очень сухом и бедном кислородом, не чувствовалось вообще никаких запахов.

Укладываясь спать, он положил рядом с собой несколько пузырьков с лекарствами и фонарик. Теперь искусственное освещение было излишним. Солнце, стоявшее уже высоко, врывалось через все пробоины и щели в корпусе.

Протирая глаза, Павел вошёл в каюту Эндрю и тут же успокоился, бросив взгляд на установленные накануне медицинские приборы. Питаемые автономно, вне зависимости от выведенной из строя энергосистемы корабля, они, словно глазки рептилий, мерцали огоньками индикаторов, указывая, что в состоянии пациента не произошло существенных изменений.

- Вон ту, вон ту штуку! - крикнул Эндрю изо всех сил, правой рукой показывая в сторону полки, куда Павел положил ЛВ. - Включи!

Павел глубоко вздохнул. В голове было такое ощущение, будто она набита песком пустыни, в горле першило, словно песок забил легкие. Ни слова не говоря, Павел дотянулся до полки, взял ЛВ и вынес прибор из каюты. Эндрю за спиной стонал и выл.

Надо бы вышвырнуть ЛВ с корабля раз и навсегда - пусть ночной ветер заметет его песком. Павел напряг мышцы для броска, но в последнее мгновение остановился.