Мальчишка, продавец газет, на всю улицу рекламировал свой товар, но не благодаря цитатам свежих сплетен он нашел в моем лице благодарного покупателя. Меня интересовала последняя страничка "Вестника Синая", где обычно печатали некрологи. Что же написали про Софию и Эларию? Сомневаюсь, что увижу реальную причину в строках траурного объявления. Поймав на лету десять синто, мальчик протянул мне свежий выпуск наиболее достоверной газеты Тираи. Ну да… конечно. Трагический несчастный случай и ничего более. Гнусные лжецы! Уверена, хоронить девушек будут в закрытых гробах, чтобы не дай Бог не вылез ненароком замаранный кровью кусочек правды!

Охваченная злобой я выбросила мерзкую газетенку в ближайший мусорный ящик, откуда ее тут же достал пронырливый прохожий. Вроде и одет неплохо, а по помойкам побирается…

- Что ты такого прочитала, Алесса? Знаешь, я пугаюсь, когда на твоем лице проступает беспричинная злость. Думаю, то ли мне бежать и прятаться, то ли валить на землю и придавливать сверху для спасения ни в чем не повинных людей! - Франц пытался шутить, однако, выходило плохо. В интонации не было привычного для слуха задора и огня. Фраза прозвучала чрезвычайно плоско и в чем-то оскорбительно для меня. Другому бы человеку она не сошла бы с рук, но ссориться с племянником графа из-за подобной ерунды не стоило.

- Некролог. Надо объяснять, кому он посвящен? - я чуточку не удержалась и нагрубила. Проглотит, как проглотила я. Не маленький. Должен понимать, что мое душевное состояние далеко от благожелательности. - Послушай меня, Франц, я хочу сходить в Клуб и расспросить слуг о смерти Софии и Эларии. Хотя… Может быть ты просветишь меня? Не отпирайся, мой дорогой, я прекрасно знаю - ты солгал на допросе у ищеек… - съязвила я. Друг кисло поморщился. Тряхнул головой, отбрасывая с лица волосы.