«Бедная фру Абрахамсен, — подумала Белинда, преисполненная сочувствия. — Как жаль, что у такой изящной женщины такие холодные глаза. Она сама этим явно огорчена. Я должна ей помочь».

Герберт Абрахамсен был тоже тут.

— Добро пожаловать, Белинда, — сказал он с мягкой улыбкой, которая тронула ее до глубины души. Она справилась с волнением, потому что в эту минуту в холл вошла горничная с девочкой на руках. Белинда забыла всех вокруг себя и протянула ребенку руки. Ее глаза сняли.

— Ловиса! Ах, как мила! И так похожа на моих младших сестер, когда они были маленькими.

— Вовсе нет! — резко оборвала ее Тильда. — Ловиса — копия моего сына в этом возрасте.

Белинда взяла девочку на руки и улыбнулась ей. Возможно, что наивная, искренняя любовь, сиявшая на лице Белинды, успокоили ребенка и побудили его внимательно рассматривать новую даму. Во всяком случае, эти двое совершенно забыли, что их окружало, пока голос Герберта не вывел их из этого состояния. Он сказал, обращаясь к прислуге:

— Покажи фрекен Белинде ее комнату рядом с детской. Ведь ты, Белинда, захочешь умыться и привести себя в порядок перед обедом? Горничная покажет тебе все, что нужно.

Когда они ушли наверх, мать и сын посмотрели друг на друга.

— Боже мой! — произнесла Тильда с презрением, потому что она заметила, какие взгляды бросал ее сын на тело девушки. Теперь она, Тильда, покажет, какое место должна занимать Белинда на ее лично шкале — шкале достоинства людей.

— Она подходит, — быстро сказал Герберт. — Она будет превосходно заботиться о ребенке.

— Да, но о чем это ты думаешь? Хочешь произвести на свет идиотов?

— Мне совсем не обязательно устраивать с ней свадьбу. Она ничего не знает о том, что я был там, чтобы просить ее руки, — солгал он, потому что уважал свою маму. — Когда я увидел, как она простовата, то попросил ее только о том, чтобы приехать и ухаживать за Ловисой.

Ни за что на свете он бы не рассказал о позорном отказе, полученном им от девушки! Но именно это сопротивление с ее стороны еще больше распаляло его. Победить женщину. Покорить необузданность. Такое было редкостью для Герберта. Маму Тильду страшила опасность иметь умственно-отсталого внука, но устраивала сноха, которой она могла бы помыкать, как хотела.