- Что это опять было? - спросила она, услышав очередную какофонию.

- Я совершенствуюсь. Буду совершенствоваться. Я пронизываю само пространство, сквозь... оставайся на связи, оставайся на связи. Справка. - Послышались звуки, какие бывают, если ленту с записью быстро промотать мимо воспроизводящей головки. - Говорит Би-Би-Си, - произнес явно человеческий голос, слегка забитый статикой. Лента заверещала снова. - ...густа третьего, в год Господа нашего тысяча девятьсот пятьдесят седьмой. Сегодня в... - Лента снова метнулась мимо головки.

- Эксперимент Челсона-Морли опроверг существование мирового эфира. Тщательно продуманное расположение вращающейся призмы...

Металлический голос послышался вновь:

- Эфир. Я пронзаю само пространство, прохожу сквозь... оставайся на связи. - На сей раз процесс оказался короче. Она услышала фрагмент, похожий на приключенческий видеосериал. Сквозь пространственную деформацию в эластичном эфирном континууме...

- Погоди-ка. Только что ты говорила другое.

- Я совершенствуюсь.

- Продолжай. Нет, погоди - чем ты там занимаешься? Что это за штучки с записями?

Голос ненадолго смолк, а когда зазвучал снова, помехи немного стихли. Но все же голос не был человеческим. Компьютер?

- Я не привыкла говорить. Мне это не нужно. Но я выучила ваш язык, слушая радиопередачи. Я разговариваю с тобой посредством индетерминированных статистических конкатенаций. Гравитационные волны и вероятность, что в случае причинной сингулярности не одно и то же, обеспечивают возникновение нерационального события.

- Зоя, это ведь ты, да?

Ксантии исполнилось только восемнадцать земных лет, и это был ее первый космический полет далеко за Плутоном, в огромной кометной зоне где пространство становится по-настоящему плоским (*).