Под утро бал закончился. Мы с Эйнэром вошли в нашу спальню. Повелитель не удержался и захохотал:

— Что, лопухнулась? Еще и о свадьбе речи не было, а ты представила себя свекровью. Хорошо, что люди не читают мыслей.

Мне и так было неудобно. А тут Эйнэр дразнит. Да еще и мои словечки нарочно использует. Я схватила подушку:

— Еще слово — задушу!

Муж вывернулся, и вскоре уже я была придавлена его телом к постели.

— Ты не елка, а огонь. Остынь.

Я обняла его за шею, и злость прошла. Вскоре мы уже разговаривали спокойно.

Внезапно Эйнэр заговорил каким-то слишком равнодушным голосом. Это меня сразу же насторожило.

— Елка, помнишь, как я впервые предложил тебе остаться здесь, со мной? Обещал любовь и счастье.

Я вопросительно посмотрела на мужа: что он хочет этим сказать?

— Твои слова были о том, что счастлива ты будешь только несколько лет. А потом превратишься в старуху при вечно молодом муже. Так?

Я вспомнила, что действительно говорила это.

— Вот и представь жизнь этой девочки и нашего сына. А ты далеко не она. Ты — гордая и волевая. Уверен, нашла бы способ покинуть наш мир, когда увидела, что у тебя появляются морщины. Но я не хотел ни твоей старости, ни расставания. И сумел заставить мудрейших изыскать способ продлить твою жизнь и молодость. И только после этого решил жениться.

Я с изумлением посмотрела на Эйнэра: казалось, все о нем знаю, а получается — ничего. Я прижалась к его плечу: все-таки повелитель меня любит.

А он жарко задышал мне в ухо:

— Елка, я хочу, чтоб у нас еще был ребенок. По обоюдному желанию. А не как в прошлый раз, когда я просто воспользовался твоим телом.

Я хотела ответить, но боль пронзила щеку. Со стоном я рухнула на подушки. Почувствовала озноб и ломоту во всем теле.

— Елка, что с тобой? Ты больна?

— Кажется, да.