— До чого ж ти, Елка, красива! Такий гарной дивчины я давно не бачила. Як ты там живешь? Наверное, замучили тебя эти нелюди.

Ксюха была в своем репертуаре. Кажется, не помнит, зачем прилетела и где находится. Повертев меня и рассмотрев со всех сторон, она вдруг расплакалась:

— Извините. Так обрадовалась, що на якийсь час забула и о горе, яке прийшло до нас.

Ко мне подошел ее муж, отец Джейда:

— Здравствуй, дочка. Рад, что ты сумела прилететь.

Рядом с бывшим королем стояла его дочь Энн. Девушка подросла и расцвела. Я невольно вспомнила шутки Олтэра. Надо расспросить поподробнее Ксюху, насколько там все серьезно.

Из комнаты Джейда вышла Ирин:

— Папа, Джейд хочет поговорить с вами.

Они ушли. Ксюха опять бросилась ко мне:

— А может, Ирин зря паникует? Джейд еще поправится?

Я ничего не смогла ответить. Только судорожно вздохнула. Как бы я этого хотела.

Мы уселись в обнимку с Ксюхой. Трайс молча мерил шагами комнату.

Потом нас позвали в спальню. Вечер мы провели, сидя вокруг постели больного. На миг показалось, что Джейду лучше. Разошлись в надежде, что если самое плохое и случится, то еще не скоро. Но утром Джейда не стало.

Со всех сторон в замок потянулись родственники и знакомые. Никто не скрывал слез. Принца любили, и любили по-настоящему. Я смотрела на Ирин. Казалось, что она держится из последних сил. Лицо ее напоминало застывшую маску.

Хоронили Джейда в фамильном склепе, глубоко под землей. Но спускаться туда могли только мужчины. Мы остались на поверхности.

Я вздрогнула, когда в голове раздался голос Регины. Моя красавица сообщила, что прибыли Эйнэр и Олтэр. От волнения затрепетало сердце: ну вот и конец наших разногласий с повелителем. Видела, как Эйнэр подошел к сестре, обнял и поцеловал. Долго что-то говорил. Потом Ирин обнял Олтэр.

Повелитель отыскал глазами меня, подошел, поздоровался и высказал соболезнования. Затем до конца церемонии находился рядом, но ничего не говорил и ни о чем не расспрашивал. Когда пришло время возвращаться, сухо поинтересовался, намерена ли я отправиться домой.