Глубокий вырез платья был чем-то вроде драпировочной складки, ее конец был обернут вокруг талии, и обнимал ее грудь и бедра, будто его сшили вокруг ее тела. Колышущийся подол платья ласкал ее ноги прямо над коленями, и ничего не хотелось ему больше, чем упасть перед ней на колени, медленно сдвинуть материю вверх по ее шелковистым бедрам и узнать, что именно она надела под него.

Он поднял голову и посмотрел ей в глаза.

− Ты надела это специально для меня? — спросил он, почти не узнавая в этих скрипучих словах свой собственный голос.

Смелая улыбка дрожала на ее губах, она начала отвечать, затем внезапно развернулась и пошла в кухню. Но вид сзади был не менее сексуален, и ему пришлось переступить с ноги на ногу, так как он испытывал болезненное напряжение в брюках. Волны темных шелковистых волос струились по ее плечам и спине, касаясь округлых бедер. И фантазии о ее волосах, рассыпанных по его постели, нахлынули на него с удвоенной силой, так что ему пришлось напоминать себе не забывать дышать.

Мари остановилась позади стола, используя его как баррикаду между ними.

− Это просто платье, которое я взяла с собой специально, чтобы надеть на ужин, − ответила она. — Оно не подходит? — она произнесла эти слова тоном скучающего безразличия, но быстрое биение ее сердца сказало ему, что она просто играет роль.

− Ты не сможешь обмануть оборотня, дорогая, − произнес он, растягивая слова, как южане. — Я слышу биение твоего сердца. Если хочешь поиграть со мной, я готов. Но знай, что я альфа не только благодаря физической силе. Ты уверена, что хочешь поиграть со мной?

Говоря это, он подошел к ней вплотную, преследуя ее. Кошка в нем почуяла аромат добычи. Нет. Не добычи. Чего-то более важного. Чего-то на уровне инстинкта.

Его пара.

Итан замер на середине шага, как только осознал это. Кошка в нем хотела заявить права на эту женщину. На эту Атлантийку, которая даже не является оборотнем.