Если бы Аларик хотел поделиться своей болью, она бы его выслушала. Такова была ее роль в жизни, слушать и лечить так хорошо, насколько это возможно. Такая жизнь имела свои плюсы. В последний раз взглянув на храм, она улыбнулась, подняла с травы свою маленькую сумку и кивнула.

— Пожалуйста, если можно, вызови портал.

Аларик долго пристально смотрел на нее, затем сказал.

— Знай, я против этого путешествия, моя леди. Теперь сверху нам угрожает еще большая опасность, чем за многие тысячи лет. И сейчас особенно глупо и рискованно покидать Атлантиду.

Мари ответила ему с уважением, подобающим воину-жрецу, кто лечил и сражался вместе с ее братом и другими воинами Семерки бесчисленное множество раз, хоть она и считала вопрос закрытым, так как он согласился вызвать для нее портал.

— Как всегда, ваше мнение и совет очень ценны. Но как Верховная Дева, я не беззащитна. Богиня не покинет меня в опасности.

Он выглядел так, будто хочет прервать ее, и она протянула руку, чтобы прикоснуться к его руке.

— Я знаю, Аларик. Я знаю. Но он мой брат, и он нуждается во мне, хоть никогда и не признается в этом. Я должна идти.

Аларик сжал губы, она увидела, как у него заходили желваки. Но больше он ничего не сказал, просто поднял руки, закрыл глаза и воззвал к магии. Магии первосвященника, самого сильного из всех существующих помазанников Посейдона. Это действительно завораживало. Временами очень капризный портал, он мог открыться как угодно и где угодно, никогда не смел ослушаться Аларика. По его команде появился мерцающий овал, сначала как едва различимый свет величиной с ладонь, затем он увеличился и расширился, превратившись в яйцевидную сферу, переливающуюся тысячами искрометных цветов драгоценных камней.