Едва дождавшись окончания работ, она помчалась в столицу, чтобы получить заслуженное звание мастера магии, за возрождение частички древних знаний… а там ее попытались арестовать. До сих пор корю себя, что не поехал тогда вместе с ней, но наступила годовщина смерти родителей, и я не мог не задержаться, чтобы воздать почести их могилам.

— За что? — удивилась я. Этот момент в тех сведениях, что я когда-то давно собирала о матери как-то отсутствовал.

— Ее эксперименты признали аморальными, — вздохнул отец. — Но я так думаю, это был просто повод, что дал бы государству наложить лапу на перспективного мага-исследователя и ее разработки. Ну, сама посуди, если подъем мертвецов разрешен, равно как их эксплуатация на особо опасных для живых производствах, то что плохого в их усилении? Впрочем, возможно я не все знаю… неважно. В общем, Хенея, когда ее на въезде в столицу, окружила стража, сдаваться не пожелала. Наши улучшенные зомби разорвали два десятка солдат, а она убила то ли трех то ли четырех магов, которые обеспечивали им поддержку и скрылась в неизвестном направлении.

— А как же ты? — спросила я. — Тебе ничего не было за участие в ее опытах?

— Да что я, — фыркнул отец. — Я же не волшебник, я механик. Сама знаешь, нас властители до сих пор считают чем-то вроде мелких колдунов-артефакторов. Прошел поначалу как мелкий подручный, а после и вовсе переквалифицировался в свидетеля, поскольку не стеснялся дать следователям на лапу и по мнению магов-ищеек быть крупной рыбой просто не мог.

Я медленно кивнула. Это было правдой. Темные Времена, наступившие после окончания Эпохи Смерти, когда все живые были порабощены ордами нежити, что однажды схватилась сама с собой и сгинула в пламени магической войны, породили в качестве главенствующего строя абсолютно всех государств магократию в той или иной форме.