Он взял две рыбины и одну протянул Заросшему. Тот отчаянно замотал головой.

- Оалу сказала "нельзя", - хрипло проговорил он. - Оалу мудрая...

- Кати еще мудрей! - звонко воскликнул Нор. - Колючей рыбы много, мы можем остаться, где тепло.

- От тепла болеют, - неуверенно возразил Заросший.

- Тогда почему мы греемся у костра? - нетерпеливо спросил Нор.

Хат ничего не говорил - он доедал последнюю рыбину. В желудке становилось все теплее и теплее, и Хат был счастлив.

Заросший завистливо сглотнул слюну. Украдкой осмотрелся. Рыбы ему уже не осталось.

- Нам не надо идти за холодом, - громко сказала Кати, вставая. Иноплеменник был прав: в тепле больше дичи.

- Что ты говоришь! - испугался Заросший. - Иноплеменники всегда лгут...

- Почему? - удивился Нор.

- Потому что они наши враги, - убежденно ответил Заросший.

- Ты думаешь словами Оалу, - сказала Кати. - А я думаю своими. И ты думай своими.

- С рыбой Оалу ошиблась, - вставил Хат.

- Кати мудрее ее, - повторил Нор.

- Да я что... - смутился Заросший.

В глубине бухты раздался громкий треск. Огромная глыба льда, подточенная водой, отделилась от ледника и, сверкнув хрустальной изнанкой, рухнула. Брызнули осколки.

- Скоро льда совсем не останется, - сказала Кати. - Надо думать, как жить дальше.

- Вот вы с Оалой и думайте, - сказал Хат. - А нам поторопиться надо с починкой и наловить побольше. Сегодня племя будет плясать.

Никто не заметил, как от скалы, прикрытая выступом, бесшумно отделилась чья-то тень. Притаившаяся Оалу все слышала. Но недаром уже столько лет она была главой племени. Если она многого не знала, то одно она усвоила твердо: спорить надо только тогда, когда исход спора заранее предрешен в твою пользу.