Девушки оглядывались на высокого широкоплечего моряка с загорелой кожей, оттенявшей его светлые глаза и волосы, доставшиеся в наследство от матери-кригийки. Как только не выглядели они, лихие парни из порта – смуглые, говорливые саристанцы, длинноногие, тонкокостные лимерийцы, мосластые хар-наирские забияки, рослые, мрачные выходцы из Геста, славящиеся умением работать со снастями в любую погоду. Этот был получше многих, и взгляды девушек призывно вспыхивали – вдруг женится, а хоть бы и не так, тоже неплохо. Но молодой матрос в голубой косынке шел мимо, уделяя равное внимание и девушкам, и побеленным хаткам, и выкатывающимся под ноги голосистым дворнягам.

Ширан, бывшая столица бывшей Триморской империи, вольготно раскинулся на плоской как стол равнине, с юга ограниченной побережьем Светлого моря, а с востока – берегом Синды, полноводной реки, берущей начало от самых Северных гор. Более ста лет назад, во вpемена pаздела империи, северный берег Светлого моря отошел ширанским властям, а земли Зеленого моpя образовали Хар-Наирское царство со столицей Тахором. Тогда-то между ними и пpоизошла ссора из-за восточной границы Саристана. Хар-Наирский властитель, добившийся раздела, предлагал провести ее по Синде, а саристанцы, не горевшие желанием иметь свой стольный город на границе, настаивали на проведении ее по Тильбе. В конечном договоре граница прошла по водоразделу между реками – большому и нежилому, никому не нужному куску сухой степи, где разве только змеи и тушканчики могли бы спорить о точном положении разделяющей линии.

В те же годы наместники западных земель воспользовались слабостью центральной власти и тоже отделились от империи, образовав Лимерию и Кригию. Никто из них не спорил о размерах случайно добытого куска, поэтому договоренности о границах были достигнуты быстро и без разногласий.