Они находились на поляне, со всех сторон окруженной высокими деревьями. Затем она увидела кусты, местами примятые и сожженные после приземления и отлета шлюпки. Потом перевела взгляд на контейнеры и ящики, стоящие на кочках, поросших мхом.

Тем временем дядя Оффлас изучал небольшую карту, глядя то вправо, то влево, словно выискивая на местности охотничьи ориентиры. Сандар с трудом открыл один из пухлых контейнеров, вытащил из него ящичек и положил его на колени. Затем низко к нему наклонился и стал изучать какие-то циферблаты, расположенные у него на крышке. Настроив пару из них, он взялся за другой – точно такой же – ящик, чтобы сделать то же самое.

– Все в порядке, – произнес дядя Оффлас. – Поставь его примерно в двенадцати… нет, пожалуй, в двадцати шагах вон в том направлении, – он ткнул пальцем влево. – А я сделаю то же самое с этим, – и с этими словами он поднял второй ящик.

Теперь, когда приборы заработали, они смогут разбить лагерь. Приборы предназначены предупреждать их от любого постороннего вторжения, будь то человек или животное с этой планеты. У каждого члена их маленькой команды к ремню был прикреплен крохотный передатчик, защищающий от любого неблагоприятного воздействия на них.

В полночь они начали устраиваться на новом месте. Под чутким руководством дяди Оффласа при помощи лазера прорезали в земле довольно глубокую яму, высотою с Сандара. Над ней возвышался купол высотою в вытянутую руку, защищающий от непогоды, который в свою очередь скрывала буйно разросшаяся растительность. Они занесли оборудование и провиант в свое убежище, заранее отгородив для них отсек, вмещающий три маленьких ящика и один большой. Затем включили прожектор, освещающий территорию лагеря рассеянным светом, одновременно действующим как радиолокатор, после чего каждый из них по очереди начал ходить вокруг освещенного пространства с детекторами в руке.