– Может, пока перекусим? – предложил Кириакис.

– Не откажусь, – облизнулся Роббо. – Ты, Патти?..

– С удовольствием. Я вообще не люблю решать серьезные вопросы с пустым пузом.

Ариф связался с дворецким и отдал необходимые распоряжения. Слушая его бубнящий голос, Роберт привычно улыбнулся. Ара всегда смешил его своей занудливой щепетильностью во всем, что касалось еды. С детства разбалованный поварами отцовского дома, он не изменился даже в академии, несмотря на суровый аскетизм кадетского стола.

Две полуобнаженные девушки вкатили в залу столик с обедом. Ариф довольно заворчал, приглашая гостей к столу.

– Кстати, дядя, – Роберт расстелил на коленях салфетку и поднял глаза на своего друга: – копы тебя не дергали?..

– Меня? – поперхнулся Ариф, – Ты спятил? О чем ты говоришь?

– Ясно, – Роббо покачал головой, – начали с меня. Я хочу тебя поздравить: наш хваленый детектор дал маху. У Пикфорда все-таки был мемеограф. Ко мне приходила очень милая дама из столичного департамента особо важных расследований.

Кириакис вытаращил глаза и перестал жевать.

– Наверное, я чего-то в жизни не понимаю… Следователь? К тебе?!

– Ну да. Она просто хотела со мной познакомиться – уровня ее доступа не хватало для получения информации о моей персоне. Мы с ней мило побеседовали и даже поужинали… Ара, я рассказываю это не для того, чтобы удивить тебя, нет. Я просто хочу напомнить тебе наш недавний спор по поводу эмоциональных решений. А?..

– Да, наверное… наверное, ты был прав. Нам следует поумерить свой пыл – это ты хочешь сказать?

Роберт не ответил. Ощущение безнаказанности и едва ли не непобедимости, вошедшее с годами в кровь, рухнуло в течение нескольких последних дней. Нас не просто переиграли, подумал вдруг он, нас, кажется, вознамерились поставить на место. Гм, посмотрим. У нас еще полные рукава козырных тузов, друзья…